— Что выручу Литу, — буркнул я, и он недовольно добавил.
— Что выручу Литу.
Артуно выпрямился, проводил взглядом отправившегося выполнять приказ Гвидо, и повернувшись ко мне, вдруг дружески хлопнул по здоровому плечу. Его губы тронула лёгкая улыбка.
— А ты молодец, не растерялся. Ну что же, все дела сделаны, можно идти обедать.
Он кивнул в сторону выхода из зала и уже занёс ногу, чтобы переступить через дохлую тавманту, но я остановил его, легонько тронув за локоть.
— Да, — обернулся он, ставя занесённую ногу на пол.
— Я хотел поменять эти сведения на клятву, но раз клятва была принесена и так, то мне нет смысла что-то скрывать. Думаю, это в интересах и храмовников, и Повелителя.
— Повелителя, — хмыкнув повторил Стадир. — Этот сопляк не знает границ.
— Этот сопляк спас мне жизнь, — холодно проговорил Артуно. — Давай, выкладывай, что там у тебя.
— Дело касается лурда Алькорда и некоторых местных аристократов.
— А что с ними не так? — снова влез в разговор будущий викариус.
Глава четвёртая
Ольджурия, Южный Доргон
Натянув поводья, всадник остановил лога и спешился. Взял своего боевого четвероного товарища под уздцы и обошёл вместе с ним три телеги, груженые зерном.
— Куда прё… — бородатый простолюдин, сидевший на одной из телег, запнулся, вовремя сообразив, что с подобным громилой лучше не связываться. Тем более что на поясе у того висели ножны, и судя по выражению лица их владельца, он мог запросто пустить в дело лежащий в них клинок.
— Какая пошлина? — спросил громила у одного из стражей, подойдя к шлагбауму, перекрывавшему дорогу.
— Два кирама с носа и кирам с животины, — устало ответил страж и зевнул.
— Хм, — громила выудил из кармана три серебряных монеты и протянул таможеннику.
— Стинар, подними, — лишённым интонации голосом проговорил страж, подставляя ладонь под серебряный дождик из трёх монеток.
Громила дождался, когда этот самый Стинар отвяжет верёвку, и едва шлагбаум взмыл вверх, шагнул на землю южного Доргона. Улыбнулся чему-то своему, и через шагов пять ловко запрыгнул на лога. Тронул стременами поджарые бока. Животина тут же припустила короткой рысью.
Надо было по старой дороге ехать, — подумал всадник, пожалев об отданных кирамах. — Впрочем, Номан с ними. На старой дороге и поесть нормально негде.
— А мы же любим с тобой вкусно поесть, да Лонганг? — спросил всадник у того, кто его вёз, и чуть наклонившись, потрепал лога за ушком. Лог довольно фыркнул и тряхнул головой. А Линк’Ург бросил взгляд вперёд. И была на его лице лёгкая растерянность, или скорее неуверенность.
После неудачного случая с беглым, когда его какая-то полоумная бабка едва не отправила на тот свет, он решил бросить осточревлевшую работу охотника за рабами. Благодаря ей сильно не разбогатеешь, хотя, дело было не в этом. Просто в его голове вдруг всё перевернулось в тот день.
Прибывшие на место происшествия стражники отвели его в управу, где целых три часа допрашивали с пристрастием. На эти их пристрастия Линку было наплевать, он и не такое в своей жизни перетерпел, но вот несколько ударов в правый бок вернули тот странный и пугающий привкус во рту. И он слегка струсил.
Неужели, он, воин до мозга костей, подохнет от какой-то хвори? Это же позор!
Покинув Лиорд, Линк отправился в Сухину, дав приличный крюк, чтобы объехать владения Вир’Сторов. Встретить заказчика, когда заказ не выполнен — дело неприятное. Поэтому он решил, что лучше затратить лишние полдня на дорогу, чем случайно наткнуться на Вирона, и соответственно, на разговор с ним.
К вечеру он был дома. Достал из-под старой кровати ещё более старый походный мешок и принялся укладывать в него свой непритязательный скарб. Трое подштанников, пара штанов и столько же дублет, всякую мелочь — ложку, нож для бритья, нитки, пара игл. Уложив всё это, он отодрал в углу комнаты доску и извлёк из подпола маленькую шкатулку, завёрнутую в грязную тряпку. Развернул, и отшвырнув тряпку прочь, неторопливо поднял крышечку. Губы недовольно поджались. Даже без счёта видно, что маловато. Но он всё же перевернул шкатулку, и высыпав монеты на пол, принялся пересчитывать. Шестнадцать золотых и сорок серебряных. Вздохнул нерадостно. Даже на средненький боевой нож не хватит.
Вёл бы более скромную жизнь, а не хлестал хорское, да с нихтами баловался, и скопил бы кое-что, — выругал он сам себя.
Ссыпав золотые монеты в мошну, а серебряные в карман дублеты, он поднялся и оглядел комнату. На секунду стало грустно. Привык к ней. Но остаться здесь — это значит, и в другом остаться на тех же позициях. Хотя, после того, как он не выполнил заказ, вряд ли, кто-то предложит ему работу. Впрочем, ловить рабов он всё равно уже не собирался, как и заниматься тем, что предложила чревлова бабулька. Тренировать детишек аристократов — нет уж, увольте.
Выйдя из своего жилища твёрдым шагом, Линк перекинул мешок через седло, потом привязал с обеих сторон по холщовой сумке с тирсом, который так любил жевать Лонганг, и вспрыгнул на лога.
И вот спустя нескольких дней пути он пересёк границу северного и южного Доргонов, по дороге всё же посетив Сарона, лекаря из Орхины. Здесь ему пришлось оставить десятицу золотых, зато, после пары заклинаний, он почувствовал себя заметно лучше.
Обогнув по правому краю кавалькаду из пяти гружённых зерном повозок, Линк пришпорил Лонганга и тот перешёл на резвую рысь. Спешить Линк не спешил, но плестись, тоже не привык. Разве только поутру, после очередной бурно проведённой ночи. Но с этим было покончено.
Когда светило коснулось горизонта, Линк остановил лога, спешился и повёл его в сторону небольшого леска в паре десятиц шагов от дороги. На полянке, скрытой узким рядком деревьев, он к удивлению увидел старика, разжигающего костёр. Остановился на всякий случай. Одежда старика явно указывала на то, что он простолюдин, но намётанный глаз заметил рядом скатанный плащ белого цвета и ножны с мечом, лежащие накрест этой скатки.
— Доброго вечера тебе, путник, — спокойно проговорил старик, отводя руку от кучки хвороста и не отрывая взгляда от маленького огонька.
— И тебе доброго, отец, — Линк расстегнул подпруги и стащил седло. Лонганг тут же принялся радостно жевать пожухшую траву, выбирая стебельки позеленее, хотя, таких почти не оставалось. Бросив седло на землю, Линк направился к костру. — Не боись, я человек не злой. На вид может и такой, а внутри нет, — проговорил он, чтобы успокоить случайного напарника по ночлегу.
— Да ты не предупрежай, — старик усмехнулся. — Мне что злой, что не злой всё одно. Чего мне теперь бояться? Я своё уже давно отбоялся. А ежли злой окажется, смело в бой ринусь, да накажу.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
